Литературные имена

перо_красн-1
перо_красн-1

"Хорошая книга - это ручеек, по которому в человеческую душу втекает добро"

"Братья и сестры"

добавка_100х100
bookawards_02
fjodor_abramov-r
безимени-8

"Две зимы и три лета"

"Пути-перепутья"

"Дом"

"Безотцовщина"

"Поездка в прошлое"

"Деревянные кони"

"Пелагея" и "Алька"

подпись

Тетралогия – «Братья и сестры» (1958), «Две зимы и три лета» (1968), «Пути-перепутья» (1973), «Дом» (1978) – высвечивает великий подвиг и страдания тех, кто остался в тылу и обеспечил Победу в страшное лихолетье Второй мировой войны, повествует о судьбах русской деревни после войны.
В романе «Дом», который стал завещанием писателя, нарисована горькая, но правдивая картина: уходят старики, спиваются бывшие фронтовики, погибает Лизавета Пряслина – хранительница пряслинской совести и родного очага, а Михаил Пряслин, хозяин и труженик, ничего не может сделать с разрушением Дома на фоне всеобщего распада.
Действие тетралогии "Пряслины" происходит в деревне Пекашино на севере России и охватывает период от Отечественной войны до начала 1970­х годов.
Абрамов-художник предстаёт как подлинный мастер создания разнообразных характеров, изображения всего многоцветья жизни как в природе, так и в людских отношениях. В центре – перипетии судеб семьи Пряслиных. После гибели на фронте отца главой семьи становится четырнадцатилетний Михаил Пряслин. На подростка ложатся не только заботы о младших братьях и сестрах, но и обязанность наравне со взрослыми работать в колхозе.
Повествование о Пряслиных – типичной русской крестьянской семье, испытавшей на себе все жестокие перипетии XX в., сделало Абрамова одним из наиболее заметных представителей «деревенской прозы» – плеяды писателей, занимавшихся художественным исследованием глубинных пластов народной жизни. Для тетралогии характерен эпический стиль, скрупулезное описание деревенского быта и судеб героев.

Тетралогия "Пряслины"

"Братья и сестры"

Первый роман Абрамова «Братья и сестры», посвященный жизни русской деревни в военные годы, вышел в свет в 1958 году. Причину его появления писатель объяснял невозможностью забыть «великий подвиг русской бабы, открывшей в 1941 году второй фронт, фронт, быть может, не менее тяжелый, чем фронт русского мужика». Первоначальное название тетралогии «Пряслины» выводя на первый план повествование о пекашинской семье Пряслиных, несколько сужало замысел автора.
Роман «Братья и сестры» отражал собственную авторскую позицию Абрамова, его стремление запечатлеть самоотверженность, жертвы и горести сельских тружеников в годы войны. Название романа объясняется не только тем, что главное место в нем занимает жизнь большой семьи, но и памятны после­военных читателю словами И.В.Сталина в выступлении по радио в первые трагические дни войны:
«Братья и сестры, к вам обращаюсь я, друзья мои…» Книга была задумана в пору, когда официальная пропаганда всячески превозносила роль вождя в одержанной победе, явно умоляя подвиг народа – «братьев и сестер».
Идея романа «Братья и сестры», пожалуй, очевидней всего выражена в словах секретаря райкома партии Новожилова, по душам беседующего с Лукашиным: «Вот, говорят, война инстинкты разные пробуждает в человеке, ­ думает он в слух. – Приходилось, наверное, и тебе читывать. А я смотрю – у нас совсем наоборот. Люди из последнего помогают друг другу. И такая совесть у народа поднялась – душа у каждого насквозь просвечивает. И заметь: ссоры, дрязги там – ведь почти нет. Ну, как бы тебе сказать? понимаешь, братья и сестры... Ну, понимаешь, о чем я думаю?»
«Братья и сестры» создавались с желанием оспорить доминирующую в литературе 40­50­х г.г. точку зрения на русскую деревню как на край благополучия.
Абрамов признается, что не написать «Братьев и сестер» он не мог: «Я знал деревню военных лет и литературу о ней, в которой немало было розовой водицы… Мне хотелось поспорить с авторами тех произведений, высказать свою точку зрения. Но главное, конечно, было в другом. Перед глазами стояли картины живой действительности, они давили на память, требовали слова о себе». Абрамов предъявил литературе требование – показывать правду и нелицеприятную правду».

"Две зимы и три лета"

А. Т. Твардовский, прочитав рукопись, писал автору 29 августа 1967 года: «…Вы написали книгу, какой еще не было в нашей литературе… Книга полна горчайшего недоумения, огненной боли за людей деревни и глубокой любви к ним…».
Однако, с немалым трудом был напечатан в «Новом мире» (1968г.) роман «Две зимы и три лета», продолжавший «Братья и сестры» и рассказ уже о послевоенном времени. Кончилась война, а «похоронки» все идут. И тает, захлебывается в море слез робкая радость тех, кто дождался своих с фронта. Да и сами вернувшиеся рядом со вдовами и сиротами словно стесняются, что остались жить.
Кончилась война, но люди пуще прежнего разрываются между колхозной нивой и лесной делянкой: лес нужен стране, много леса.
Кончилась война, но по-прежнему львиную долю того, что производят, люди сдают государству, а сами едят хлеб пополам с травою.
Эта книга заметно превосходила прежнюю емкость и выразительность письма, яркостью речевых характеристик персонажей, напряженностью, острой конфликтностью повествования. Драматичны судьбы и самой семьи Пряслиных и других жителей села Пекашино, например, недавнего фронтовика Ильи Непесова, выбивающего из сил в тщетных попытках прокормить семью, и вернувшегося из плена Тимофея Лобанова. Истовая труженица Лиза Пряслина, по горестному определению брата Михаила, только «по косе уже девка», а выглядит «как болотная сосенка – заморыш»; меньшие их братья – «худющие, бледные, как трава, выросшая в подполье». В романе все, от главного до мелочей, продиктовано тем суровым временем, которому он посвящен, несет на себе его печать. Тяготы и лишения, выпавшие на долю Пряслиных, всех пекашинцев, не что иное, как частица общенародной ноши, причем их доля еще не самая тяжелая, хотя бы потому, что огненный вал бушевал далеко в стороне. Пекашинцы постоянно ощущают себя в долгу перед страной и не ропщут, принося свои великие жертвы, когда ясно видят их необходимость.
В произведении Абрамов исследует жизнь деревни на разных социальных уровнях. Его интересует как простой крестьянин, так и человек, поставленный управлять людьми. Облегчение, на которое надеялись пекашинцы, ожидая победы, не пришло. Кровно связанные общей целью, еще недавно они были как «братья и сестры». Автор сравнивает деревню с кулаком, каждый палец которого хочет своей жизни. Непомерные государственные обязательства, голод, отсутствие устойчивого быта подводит героев к мысли о необходимых переменах. Михаил Пряслин (герой очень близкий Абрамову) в конце романа задается вопросом: «Как жить дальше? Куда податься?». Сомнения и надежды героя, размышляющего о будущем в финале романа, воплощаются в символическом образе вспыхнувшей и «рассыпавшейся» звезды.

"Пути-перепутья"

Третьим романом тетралогии «Пряслины» является роман «Пути­-перепутья», действия в котором разворачиваются в начале 50­х годов. Он появился в печати через пять после второй части тетралогии. Время его действия – 1951 год. Как ни ждали пекашинцы перемен к лучшему в деревне, трудное время для нее еще не миновало. За шесть лет, прошедших с войны, немного изменилась жизнь северной деревни. Мужчин в общем­то почти не прибавилось и рабочих рук по­прежнему не хватает, а ведь, помимо колхозного производства, рабочую силу постоянно мобилизируют то на лесозаготовки, то на лесосплав. Снова перед дорогими сердцу писателя героями встают неразрешимые проблемы.
"Пути-перепутья" по мнению литературной критики - самый социально острый роман Абрамова, который не нашел должного осмысления.
Почему царит нищета и бесхозяйственность? Почему и через шесть лет после войны из деревни "выгребали все до зернышка"? Почему крестьянин, добывающий хлеб, кормящий страну, сам остается без хлеба и молока? Кто подлинный хозяин в стране? Народ и власть. Партия и народ. Экономика. Политика. Человек. Методы хозяйствования и методы руководства. Совесть, долг, ответственность, самосознание и фанатизм, демагогия, приспособленчество, цинизм. Трагедия народа, страны, личности. Вот круг жгучих и важнейших проблем, поставленных в романе.
Абрамов показывает негативные изменения в характере русского крестьянина. Государственная политика, не позволяющая труженикам воспользоваться результатами своего труда в конце концов, отучила его работать, подорвала духовные основы его жизни. Одной из важнейших тем в романе оказывается судьба руководителя колхоза, который попытается изменить в них установившийся порядок – дать крестьянам выращенный ими же хлеб. Противозаконное действие повлекло за собой арест. Серьезным испытанием для пекашинцев становится письмо в защиту председателя, которое им необходимо подписать – лишь немногие совершить этот нравственный поступок.
Драматизм романа «Пути­перепутья» чисто событийный, ситуационный, уже не прямо, не непосредственно соотносящийся с войной и ее последствиями, а иногда и вовсе не соотносящийся с нею.

"Дом"

Около шести лет прозаик работал над заключительной книгой тетралогии «Дом» (1978) – образец письма «по горячим следам событий». Роман уже не в прошлом, а в современности. Действие начинается самое большее за год до того, когда начата книга, ­ жарким, удушливым летом 1972 года. Повествование делает самый протяженный «скачок» из всех, что есть в художественной хронике, ­ в двадцать один год. Для судеб главных героев этот срок жизненных итогов, для писателя – возможность, обращаясь к дню бегущему, суммарно обрисовать плоды послевоенного развития деревни, показать, во что все вылилось, к чему пришло.
Иным, «сытым», стало теперь Пекашино, выросло на полусотню новеньких добротных домов, обзавелось никелированными кроватями, коврами, мотоциклами… Но нерадостно жить, трудно дышать. Притерпелись и стали нормой уже порядки и нравы, которые окончательно затвердила новая (застойная – как выражаются теперь) эпоха. Удушающими ее предметами наполнена вся атмосфера повествования… Люди много едят, много спят, легко ударяются в праздные разговоры, «на государство» работают, как правило, спустя рукава и не изнуряясь. Большинство, будто эпидемией, захвачены азартом бытового устройства, состязательством в нем, изнывают в «житейской толкотне», постоянно озабочены кто чем, а главное же – тем, как бы чего не прозевать из того, что заполучили другие, достать то, что «положено», не упустить «свое».
Вообще в романе «Дом» персонажи много думают, рассуждают, говорят. Поэтому если в предыдущих книгах тетралогии (романы «Братья и сестры» и «Две зимы и три лета») преобладало социально­бытовое, а затем социально­политическое содержание («Пути-­перепутья» – с его темой «руководящего» и «низового» сталинизма), то «Дом» можно назвать по преимуществу романом социально­философским.
«Дом» -­ книга итогов, книга прощаний и возвращений. Во всяком случае, для Пряслиных – самое время оглядеться, кому одуматься, кому опомниться, и собраться всем вместе. Для автора – поря итоговой художественной мысли, связывающей все пекашинские начала и концы, все пути и перепутья, все зимы и лета. Но итоговая мысль истинного художника – всегда открытая мысль: для продолжения, для развития, для возбуждения новых мыслей. Итоги подводится не ради итогов, а ради нового движения жизни. «… Человек строит дом всю жизнь. И одновременно строит себя», ­ записывал Абрамов в дневнике. Эти слова в измененном виде повторяет в романе Евсей Мошкин: «Главный­то дом человек у себя в душе строит. И тот дом ни в огне не горит, ни в воде не тонет».

две зимы и 3 лета
безимени-2
закат 1
пейзаж-1